Кредиторов не спросят, можно ли их должникам реорганизоваться.
Кредиторы не должны мешать слияниям и прочим реорганизациям компаний - такова суть изменений Гражданского кодекса, подготовленных в Минэкономразвития. Если эти поправки будут приняты, компаниям больше не потребуется досрочно расплачиваться по займам или заручаться неформальным согласием кредиторов для оптимизации своих структур.
Действующий Гражданский кодекс позволяет кредиторам досрочно требовать свои деньги назад во всех случаях, когда заемщик перерегистрируется (например, из ООО в ЗАО или ОАО) , присоединяет к себе дочерние предприятия, сливается с другой компанией или делит бизнес между несколькими "дочками". В большинстве европейских стран такая возможность законодательно не предусмотрена, но кредитор может прописать соответствующее положение в договоре с заемщиком.
"Многие компании сдерживает [от проведения реорганизации] именно наличие риска претензий со стороны кредиторов", - говорит старший менеджер российского подразделения "ПрайсуотерхаусКуперс" Андрей Наруцкий. МДМ-банк, например, уже не первый год откладывает присоединение всех дочерних банков, поскольку опасается таких проблем. Еще в апреле банк обращался в ЦБ с жалобами на чрезмерные права кредиторов, из-за которых, по выражению заместителя председателя правления МДМ-банка Юлиана Краснопольского, нет механизма, позволяющего "безболезненно и без значительных финансовых затрат провести процесс присоединения".
А в "Газпроме" считают, что благосклонность ГК к кредиторам может помешать будущей реструктуризации компании. "Если кредиторы заподозрят, что реорганизация может привести к снижению их гарантий по возврату кредитов, они могут поднять вопрос о досрочном прекращении договоров и возврате средств, - говорит сотрудник "Газпрома", просивший не упоминать его имени. - А наши займы сейчас составляют около $15 млрд". К тому же, как отмечает юрист Олег Шеврин, к кредиторам закон относит любых поставщиков, которые еще не получили деньги за свой товар.
По данным Министерства по антимонопольной политике, в 2001 г. на реорганизацию рискнули пойти более 20 000 компаний. Это совсем немного, полагает Дмитрий Дедов, доцент кафедры предпринимательского права юридического факультета МГУ. "У нас очень маленькие компании по сравнению с Европой, и они и сейчас хотели бы, и чем дальше, тем больше будут хотеть консолидировать активы, объединяться с другими компаниями, - говорит эксперт. - А у нас практически никто сейчас не использует эти процедуры [реорганизации] именно из-за этих максимально широких полномочий кредиторов".
Как поясняет Наруцкий из "ПрайсуотерхаусКуперс", сейчас, чтобы обезопасить себя от досрочного возврата займов, многие предприятия идут на "неформальные договоренности" со своими кредиторами.
"Нам приходилось встречаться с кредиторами и объяснять им смысл того, что мы делаем, убеждать, что это будет иметь положительный эффект, - вспоминает вице-президент компании "ЛВ-Финанс" Михаил Сосновский (компания выступала консультантом по объединению "дочек" "Связьинвеста" в Центральном и Уральском округах). - А от проблем с поставщиками нас спасло то, что в телекоммуникациях отношения с ними, как правило, долгосрочные и ни один поставщик не захочет пойти на открытый конфликт, чтобы потерять клиента".
Минэкономразвития предлагает оставить кредиторам возможность вернуть деньги раньше срока, указанного в договоре, только если те докажут в суде, что из-за реорганизации возникнет "опасность ненадлежащего исполнения обязательств" компанией. Сосновский из "ЛВ-Финанс" рассчитывает, что такие изменения помогут исключить необоснованные претензии кредиторов: суд будет в состоянии определить, насколько серьезны их аргументы. При этом срок исковой давности ограничен месяцем с момента последней официальной публикации о начале реорганизации (всего таких публикаций должно быть три).
"Для российских компаний это действительно выгодно, - считает Наруцкий из "ПрайсуотерхаусКуперс", - и количество реорганизаций на российском рынке будет в ближайшие годы только увеличиваться".
