Австралийская Lynas пробила брешь в китайской монополии на редкоземельные металлы
Крупнейший в мире производитель редкоземельных металлов за пределами Китая, австралийская компания Lynas Rare Earths, объявила 19 марта о начале производства оксида самария — стратегического минерала, используемого в оборонных технологиях, включая истребители F-35. Завод компании в Малайзии досрочно достиг цели, став единственным предприятием вне КНР, способным выпускать этот тяжелый редкоземельный элемент. Изначально запуск планировался на апрель.
Lynas уже более десяти лет производит в Малайзии легкие редкоземельные элементы, включая неодим и празеодим. В прошлом году компания успешно наладила выпуск диспрозия и тербия — элементов, которые добавляются в магниты для сохранения их свойств при высоких температурах. Впервые за несколько десятилетий эти материалы стали коммерчески доступны за пределами Китая. Объявляя о расширении продуктовой линейки, Lynas назвала самарий приоритетным продуктом, пользующимся высоким спросом для высокоэффективных магнитов в электронике, аэрокосмической отрасли, оптике, катализе и медицине.
Генеральный директор Lynas Аманда Лаказ отметила, что успешное производство оксида самария с опережением графика — важная веха, демонстрирующая профессионализм команды. По ее словам, за пределами Китая ничего подобного пока нет.
На фоне геополитической напряженности и реструктуризации глобальных цепочек поставок прорыв Lynas рассматривается как ключевой шаг к снижению зависимости от Китая, который производит около 90% мировых редкоземельных магнитов. Западные страны, десятилетиями сворачивавшие экологически вредную и дорогостоящую переработку редкоземельных металлов, оказались в зависимости от китайской вертикально интегрированной системы — от добычи до конечного применения. Такая централизация, при всей своей эффективности, сделала глобальный технологический и оборонный секторы уязвимыми к любым перебоям поставок.
Согласно данным Геологической службы США, самарий относится к числу минеральных товаров с наибольшей вероятностью перебоев в поставках, что может нанести ущерб экономике США. 16 марта Lynas объявила о предварительном соглашении с Пентагоном на поставку редкоземельных металлов по четырехлетнему контракту на сумму 96 миллионов долларов. Американское правительство активно субсидирует развитие редкоземельной отрасли как внутри страны, так и у союзников, и технологии Lynas заполняют ключевой пробел в западной цепочке поставок.
Кроме того, 10 марта Lynas пересмотрела соглашение с японо-австралийской компанией Japan Australia Rare Earths (JARE). Согласно новым условиям, Lynas будет ежегодно поставлять 5 тысяч тонн оксида неодима-празеодима, а также зарезервирует 75 процентов производства оксидов тяжелых редкоземельных элементов для японской промышленности. JARE, в свою очередь, обязуется закупать половину общего объема выпуска тяжелых редкоземельных элементов Lynas.
Для Китая редкоземельные металлы всегда были важным козырем в международной политике. Однако запуск производства оксида самария Lynas означает, что в этой монополии появляются трещины. Хотя в краткосрочной перспективе Китай по-прежнему контролирует подавляющую часть мощностей и технологий, его влияние неизбежно ослабнет по мере создания альтернативных цепочек поставок. Меняется и сама логика рынка: если раньше китайские поставки считались безальтернативными, то теперь капитал и политическая поддержка начинают перетекать в другие регионы, ускоряя перестройку глобальных цепочек.
В этих условиях Китай, вероятно, будет повышать технологические барьеры, усиливать конкурентоспособность продукции высокого передела и при необходимости прибегать к ценовой войне, чтобы сохранить долю рынка. Не исключено также ужесточение контроля над ключевыми технологиями и ресурсами.
На глобальном уровне эти процессы могут спровоцировать новый виток борьбы за ресурсы. Помимо Австралии, все больше внимания и инвестиций будет направляться в проекты по освоению редкоземельных ресурсов в Канаде, Африке и Юго-Восточной Азии. Правительства разных стран будут использовать субсидии, механизмы сотрудничества и дипломатические инструменты, стремясь занять ключевые позиции в цепочках поставок.
Эта тенденция отчасти напоминает новую холодную войну, в которой ресурсы, технологии и цепочки поставок становятся основными направлениями соперничества, а компании оказываются на его переднем крае. Однако, в отличие от прежней холодной войны, основанной прежде всего на военном противостоянии, нынешняя конкуренция носит менее открытый характер, но по масштабу последствий не уступает ей, затрагивая всё — от оборонной сферы до повседневной технологической продукции.
Фото: Shutterstock.com
