Вадим Варшавский: Мы сформируем холдинг, который будет лить 6 млн тонн стали
Угольщик в третьем поколении Вадим Варшавский активно развивает смежные бизнесы, инвестируя в создание производств с «нуля»
Совместно с партнерами по «Русскому углю» он уже возродил несколько шахт и разрезов, за что получил международные награды, чем очень гордится. Теперь г-н Варшавский затеял новый амбициозный проект: он намерен создать в течение нескольких лет крупную металлургическую компанию «Электросталь России», которая будет производить около 6 млн тонн стали в год. И это не последний инвестиционный проект – в интервью RBC daily Вадим Варшавский рассказал, что ему интересны энергетика, горное дело и даже торговля.
- Два года назад «Русский уголь» сравнивали с СУЭК, с которой вы конкурировали за ряд угольных активов. С тех пор многое изменилось, теперь компания скупает металлургические активы. Почему?
- Потому что мы решили заняться металлургией. Это просто другой бизнес, который к «Русскому углю» не имеет никакого отношения. Это две абсолютно разные компании, у которых идентичный состав акционеров. «Русский уголь» занимается углем, а металлургией занимается компания «ЭСТАР» («Электросталь России»).
- Вы можете рассказать поподробнее про металлургический бизнес? В какой логике строится новая компания?
- Наша логика очень простая. Главная идея – создать электрометаллургическую компанию, которая будет работать на ломе. У нас есть предприятия на Дальнем Востоке («Амурметалл»), в Сибири (Новосибирский завод им. Кузьмина), Волгоградский трубный завод и метзавод в Нытве (Пермская область), Златоустовский метзавод на Урале и предприятие в Ростовской области, которое мы сейчас строим. «Амурметалл» – предприятие самодостаточное. Оно единственное на Дальнем Востоке работает на экспорт в Китай и Таиланд, а также на внутренний рынок (Сахалин). По своей продукции мы закрываем весь Дальний Восток. Ни одно российское предприятие не может с нами конкурировать. В перспективе мы доведем мощности «Амурметалла» до 2 млн тонн стали в год. Что касается новосибирского завода им Кузьмина, то он не только трубный, но и прокатный. Базовые мощности завода – 1 млн тонн. Он катает штрипс, из которого мы делаем свои трубы в Волгограде и Нытве. Кроме того, сейчас мы ведем переговоры с двумя трубными заводами, чтобы в дальнейшем довести объемы трубного производства до 1 млн тонн в год. Здесь, как вы видите, между предприятиями есть явная синергия. В некоторых видах продукции мы являемся эксклюзивными поставщиками. Только мы делаем карданные трубы и трубы для холодильников (в Волгограде). Только мы делаем (в Нытве) специальную ленту в качестве заготовки для металлических монет по заказу Центрального банка. Это эксклюзивные вещи – пусть объемы их производства и небольшие, но мы и не претендуем на лавры производителя миллионов тонн и миллиардов километров. Мы хотим занимать определенные ниши. Ростовский завод, который мы сейчас строим, будет давать около 1 млн тонн проката, арматуры, стали. Часть пойдет на экспорт, благо порты рядом, часть на внутренний рынок: Южный регион активно строится, а значит, ему нужна арматура. Мы хотим еще два завода к нему привязать и сейчас ведем переговоры с ними. Завод в Златоусте специализируется на спецсталях. Например, булатная сталь большинству известная из сказок, производится на этом предприятии. Кроме того, он может лить слябы. Сейчас мы ведем переговоры еще с четырьмя предприятиями и в конечном итоге сформируем холдинг, который будет выпускать примерно 6 млн тонн жидкой стали в год, которая вся будет у нас перерабатываться в прокат.
- Но электросталеплавильное производство, о котором вы рассказываете, требует большого количества лома…
- Да, конечно. Сейчас мы собираем уже 1,5 млн тонн в год. Но нужно будет собирать 6-7 млн тонн, чтобы полностью обеспечить собственным сырьем свои метзаводы. Поэтому мы активно скупаем сборщиков лома, конкурируем с группой «МАИР».
- А каковы планы развития «Русского угля»?
- Компания активно растет: за 8 месяцев рост производства составил 11%, а в перспективе мы собираемся довести добычу до 35 млн тонн в год, за ближайшие 3-5 лет. Наша компания, чем я очень горжусь, получила в этом году две международные премии из четырех: за лучший угольный проект в отрасли (разрез Евтинский) и за лучшее качество угля (шахта Обуховская). Я считаю это достижением для нашей компании. Как профессиональный угольщик в третьем поколении, хочу сказать: важно понимать, что тебя наградили правильно, а не ты купил эту награду. Иначе от награды нет никакого удовольствия.
- Все 35 млн тонн угля будут состоять преимущественно из энергетического угля?
- Только из энергетического угля. Мы развиваемся как компания, специализирующаяся на энергетическом угле. Мы участвуем в некоторых других проектах, где имеется коксующийся уголь, но не как управляющая компания. «Русский уголь» – это только энергетические угли.
- Насколько сейчас рентабелен угольный бизнес?
- Сегодня я могу сказать, что цена на нашу продукцию делает отрасль инвестиционно привлекательной. Банки начали нас кредитовать. Это говорит о том, что у нас рентабельность выше, чем ставка рефинансирования ЦБ (13%).
- В энергетику вы не собираетесь идти, как СУЭК, «Кузбассразрезуголь»? Покупать доли в АО-энерго?
- Нет. Для того чтобы выпить стакан молока, совершенно не обязательно покупать корову. В последнее время только ленивый не объявлял, что собирается идти в энергетику. Но давайте сначала реформируем ее, а потом уже будем смотреть: какие ОГК будут, какие будут балансы топлива, которые сегодня искривлены из-за искусственно занижаемых цен на газ. Я хотел заниматься 6-й ОГК и даже бизнес-план разработал, но только зря потратил деньги. Сейчас никто не знает, что будет дальше в реформировании отрасли, поэтому сегодня говорить об этом просто смешно. Но, на самом деле, у нас есть один проект в энергетике, но он связан не с углем, а с металлургией. Мы строим завод в Ростовской области и хотим купить Шахтинскую ТЭЦ, которая работает на газе, чтобы обеспечивать себя электроэнергией. Но пока есть только предварительные переговоры, и о результатах говорить рано.
- Как минимум две российские угольные компании не исключают продажи своих акций в рамках IPO. «Русский уголь» рассматривает такой этап в своем развитии?
- Пока рановато, но мы работаем над этим. Мы собираемся выпускать в конце октября облигации на 1,4 млрд руб. по Новосибирскому заводу им. Кузьмина. У нас на этот счет подписано соглашение с «Импэксбанком». Ведь без кредита нельзя ничего построить. Любая компания так развивается.
- Но совладельцам «Русского угля» интересен не только металлургический и угольный бизнес. В прессе проходила информация, что вы строите торговый центр в Томске и не прочь купить активы артели «Амур» в Хабаровском крае. С чем связана такая диверсификация?
- Мы ведем переговоры с владельцами «Амура», но они находятся на очень ранней стадии. Пока мы купили у них только хоккейную команду. У нас есть дочернее предприятие – «Русская горнорудная компания». У нее есть «Ярославский ГОК», который добывает плавиковый шпат в Приморском крае. Это разные проекты, которые являются параллельным бизнесом с добычей угля и металлургией. Но мы собираемся серьезно заниматься горнорудным бизнесом.
- Вы можете назвать ваших партнеров по бизнесу и его размеры?
- Партнеров не назову. «Русский уголь» – ЗАО, когда надо будет, они сами себя проявят. Общий объем продаж по группе компаний по итогам 2005 года пока планируется на уровне более 1,5 млрд долл.
