Конфликт с Ираном ударил по рынкам меди и никеля через дефицит серы
Военная эскалация на Ближнем Востоке, изначально вызвавшая потрясения на рынке алюминия, теперь распространяется на цепочки поставок меди и никеля. Ключевым фактором стала сера — побочный продукт нефтегазовой промышленности Персидского залива. После закрытия Ормузского пролива 28 февраля поставки серы из региона фактически прекратились, хотя на него приходится около четверти мирового производства этого сырья.
Серная кислота, получаемая из серы, является критическим компонентом в производстве меди — ее используют для экстракции из оксидных руд. В никелевой промышленности она применяется на заводах с технологией кислотного выщелачивания под давлением. Однако сера также используется в производстве удобрений, на который приходится около двух третей мирового спроса, и правительства будут уделять приоритетное внимание именно этому сектору.
В ответ на дефицит Китай, крупнейший в мире производитель серной кислоты, со следующего месяца запрещает экспорт серы. Турция уже ввела аналогичный запрет, а Индия рассматривает такую возможность. В результате дефицит серы усугубляется, а цены растут до рекордных уровней.
Около одной пятой мирового первичного производства рафинированной меди приходится на процессы экстракции растворителями и электровыделения (SX-EW), где серная кислота используется в качестве фракционного агента. Демократическая Республика Конго находится в зоне особого риска: технология SX-EW обеспечивает около половины производства меди во втором по величине производителе в мире. Чили, в свою очередь, зависит от стран Персидского залива в обеспечении большей части импортных поставок серы.
Запрет Китая на экспорт грозит аналогичными проблемами для чилийских производителей. Чили производит около 1,125 млн тонн меди методом SX-EW и зависит от Китая примерно на 20% в своих потребностях в серной кислоте, по данным Morgan Stanley.
Процесс добычи медленный, поэтому ощутимое влияние на объемы производства будет заметно не сразу. Чили производит собственную серную кислоту как побочный продукт при плавке меди, что обеспечивает некоторую защиту от сбоев в импорте. Однако эта защита может стать проблемой для самого Китая. Медеплавильные заводы страны все больше зависят от серной кислоты как основного источника дохода. Затраты на переработку медных концентратов снизились до исторически низких уровней и даже достигли отрицательных значений, что полностью перевернуло экономику традиционных медеплавильных заводов. Запрет на экспорт, возможно, замедлит рост местных цен на серу — это хорошая новость для сельского хозяйства, но предвещает проблемы для медеплавильных заводов. Прогнозируется, что некоторые из них сократят производство или приостановят техническое обслуживание в ближайшие недели и месяцы.
Индонезия, крупнейший в мире производитель никеля, является основным импортером серы, ввозя около 75% своих потребностей с Ближнего Востока, а также импортируя серную кислоту из Китая. По оценкам Morgan Stanley, производство никеля по технологии кислотного выщелачивания под высоким давлением (HPAL) требует от 25 до 30 тонн кислоты (эквивалент примерно 10 тоннам серы) для выпуска 1 тонны смешанного гидроксидного осадка (MHP) — промежуточного продукта, содержащего никель и кобальт. Объем производства MHP в прошлом году составил около 450 тыс. тонн, и в этом году ожидается его увеличение еще на 100 тыс. тонн с запуском новых проектов.
Влияние дефицита серы на производство никеля проявится быстрее, чем на рынке меди. В связи с уже наблюдаемым сокращением запасов некоторые индонезийские производители начали снижать объемы выпуска.
Пока неясно, насколько дефицит серы повлияет на мировое производство никеля или меди. Однако его влияние на производственные затраты более очевидно. По оценкам Macquarie, рост цен на серу с начала года привел к увеличению себестоимости производства никеля по технологии HPAL в Индонезии на 4 тыс. долларов за тонну, подняв кривую затрат до уровня 14,5–18 тыс. долларов за тонну. Это частично объясняет резкий рост цены на никель на Лондонской бирже металлов на этой неделе — до максимального за 11 недель уровня в 18 655 долларов за тонну.
По расчетам Natix, на серу приходится 20% денежных производственных затрат производителей меди по технологии SX-EW в Конго. Каждое повышение цены на серу на 100 долларов за тонну приводит к увеличению денежных операционных затрат на 4%. Эти цифры способствуют укреплению позитивных прогнозов по рынку меди, что помогло поднять цену на трехмесячные фьючерсы на LME выше 13 тыс. долларов за тонну.
Многое сейчас зависит от того, приведет ли недавно объявленное 10-дневное перемирие к заключению прочного мирного соглашения и полному открытию Ормузского пролива. Однако даже в этом случае производители меди и никеля будут продолжать конкурировать с сельскохозяйственным сектором за поставки серы. Единственного победителя в этой гонке может не оказаться.
Фото: Shutterstock.com
