Китай поддержал цены на медь.
21 декабря на мировом медном рынке мог случиться кризис, но власти Китая его предотвратили. В этот день они продлили большую часть контрактов одного из сотрудников Государственного резервного бюроЛю Улбина, который открыл фьючерсные позиции на 200 000 т металла и исчез.
В середине ноября рынок взбудоражили слухи о том, что Лю Улбин — трейдер Государственного резервного бюро Китая (SRB), управляющего запасами сырьевых товаров в стране, открыл огромные короткие позиции на медь на Лондонской бирже металлов (LME). Как сообщила тогда китайская государственная газета China Daily, ожидая падения цены на металл, Лю около полугода назад продал фьючерсы на 130 000 т меди по цене $3300/т, намереваясь купить ее потом по более низкой цене. Участники рынка оценивали его позиции в 100 000-200 000 т. Срок почти по всем контрактам истекал 21 декабря. Между тем цены на медь продолжали расти и вместе с ними — и потенциальные убытки Лю. А затем он исчез — в середине ноября трейдеры на LME и коллеги Лю в SRB говорили, что не видели его уже около месяца. Его местонахождение до сих пор неизвестно.
Если бы Китай принял себя обязательства Лю и 21 декабря поставил металл по всем или хотя бы большей части контрактов, ему пришлось бы скупать значительные объемы меди на рынке, предполагали участники рынка. На складах LME находилось 140 000 т меди, а собственные запасы меди Китая аналитики оценивали в 200 000-300 000 т. Цены на медь, составлявшие тогда около $4000/т, стали расти, достигнув рекордных $4478. Неопределенности добавил тот факт, что, как заявило SRB, запасы меди у Китая составляют 1,3 млн т. Если это окажется правдой, цены могут упасть на 40%, заявил тогда Максуд Ахмед, аналитик банка Calyon.
Убытки по контрактам Лю оцениваются примерно в $200 млн и увеличиваются вместе с ростом цены. Китайские власти поначалу заявляли, что Лю действовал самостоятельно и убытки должен нести именно он. Однако Китай, один из крупнейших участников рынка меди, не мог подорвать к себе доверие, отказавшись исполнять обязательства. По оценкам участников рынка, большинство истекших 21 декабря контрактов были перезаключены на более поздние сроки, вплоть до трех лет. Небольшая часть позиций была закрыта путем физической поставки меди или денежного расчета. “Каких-либо огромных поставок на [подотчетные LME склады] не поступало, и нехватки меди [на рынках] в преддверие истечения срока декабрьских фьючерсов не наблюдалось, — говорит Джон Кемп из брокерской компании Sempra Metals, работающей на LME. — Все это оказалось бурей в стакане воды”. Ажиотаж на рынке после появления информации об исчезновении Лю Кемп называет спекулятивной “попыткой сыграть на повышение”. Цена декабрьского контракта составила позавчера при закрытии $4402. Вчера новый контракт торговался по $4420. С начала года медь подорожала на 40%.
По словам участников лондонского и китайского рынков металлов, указание расследовать случай с Лю поступило из высших эшелонов государственной власти. У Лю, который, по утверждению China Daily, был “начальником отдела импорта” одного из подразделений SRB, а также работал на Государственный центр регулирования резервов (аналог SRB), были все необходимые документы для ведения торговли. Однако ни тот ни другой институты не входят в список из 31 китайской организации, имеющей право торговать деривативами.
Британское Управление финансовых услуг (FSA) заявило, что изучает ситуацию на рынке меди, поскольку инвесторы, купившие у Лю фьючерсы на этот металл, могли оказаться ни с чем: ведь у него не было права совершать сделки, а Китай мог отказаться выполнять обязательства Лю. FSA выясняет, почему деятельность Лю не вызвала подозрений у LME и работающих на ней маркет-мейкеров.
