Аргентина: медная лихорадка
Тяжеловесы среди горнодобывающих компаний, такие как Lundin Mining, Glencore и First Quantum Minerals, начинают инвестировать в Аргентину. Это связано с тем, что новое правительство страны, стремясь привлечь иностранные инвестиции, как никогда активно подталкивает компании к разработке обширных месторождений меди в Андах.
Сегодня весь мир вынужден осуществлять масштабные инвестиции, чтобы не создать трудности для поставок меди. Этот металл является критически важным компонентом электрификации, призванной замедлить климатические изменения.
У Аргентины есть неплохой шанс заполучить приличную часть этих инвестиций, если президенту Хавьеру Милею удастся убедить компании из Торонто, Мельбурна и Лондона в том, что их проекты в Аргентине будут защищены от крайне непостоянной политики страны и местных правил ведения бизнеса. Второй вопрос – удастся ли этим компаниям убедить аргентинцев в том, что экономические выгоды перевешивают экологические риски?
На данный момент Аргентина практически не производит медь, несмотря на то, что у неё геологически общие минеральные ресурсы с соседней Чили, которая является ведущим мировым экспортером этого металла.
Тем не менее, если в Аргентине будут начаты всего шесть или около пары десятков медных проектов, страна может стать основным поставщиком этого металла к 2035 году и добывать более 1 млн. тонн в год. Местная горнодобывающая группа Caem сообщает, что годовой медный экспорт Аргентины может превысить $8 млрд.
Марсело Авад, который занимал пост генерального директора горнодобывающей чилийской компании Antofagasta с 2004 года по 2012 год, когда она неудачно попыталась начать свою деятельность в Аргентине, сообщил, что с новым правительством Аргентина станет серьезным конкурентом для Чили. Марсело добавил, что политика нового аргентинского правительства, направленная на развитие бизнеса, сделает из страны большого конкурента в привлечении потоков капитала для финансирования медедобывающих проектов.
Бывший президент Аргентины Маурисио Макри попытался провернуть что-то похожее в период с 2015 по 2019 гг., однако его усилия ни к чему не привели, а сам Макри быстро лишился президентского поста.
Чтобы избежать повторения подобного сценария, Милею необходимо стимулировать всплеск экономической деятельности. Горнодобывающий сектор, один из немногих, кому под силу развить предпринимательство в Аргентине и за её пределами, предоставляет президенту очевидную возможность.
Именно поэтому Милей ввёл для крупных инвесторов обширный пакет налоговых, валютных и таможенных льгот, который известен в Аргентине по его испанской аббревиатуре RIGI [рус. «режим стимулирования крупных инвестиций» – прим. перев.]. RIGI является отличительной чертой предложенных реформ Милея, которые оспаривают представители законодательной власти.
Майкл Мединг, директор медного месторождения Los Azules, которым управляет канадская компания McEwen Copper, заявил, что RIGI ускорит развитие инфраструктурных проектов. Руководители компании полагают, что строительство рудника обойдётся в $2,5 млрд., при этом оно начнётся в середине четырёхлетнего срока Милея, если канадской компании удастся получить все необходимые разрешения.
В последние месяцы цены на медь, которая используется в электропроводке, резко взлетели, что отчасти вызвано опасениями по поводу спроса со стороны чистой энергетики, военного оборудования и центров обработки данных, который может значительно превысить предложение. Согласно данным исследовательской компании CRU Group, которая специализируется на горнодобывающем и сырьевом секторах, горнодобывающим компаниям придётся потратить около $130 млрд. за следующие 10 лет, чтобы избежать прогнозируемого к 2034 г. ежегодного дефицита в размере около 7,7 млн. тонн меди.
Разработка месторождений становится всё сложнее и дороже в период усиленного внимания к социальным и экологическим проблемам. В Аргентине эти проблемы являются более серьёзным препятствием, чем где-либо ещё, однако рекордные цены и поворот Милея к более дружелюбному деловому климату внезапно сделали освоение ресурсов страны более привлекательным вариантом.
Аргентина уже добилась успеха с литием, который является ключевым минералом в производстве аккумуляторов для электромобилей. Тем не менее, медные проекты обычно больше, дороже и опаснее для экологии, чем литиевые. Более того, Аргентина – традиционно не очень привычная для горнодобывающих компаний, поскольку она в основном сосредоточена на сельском хозяйстве и нефти, а не металлах, в отличие от соседних Чили и Перу.
Помимо получения экологических разрешений, горнодобывающие компании, работающие в таких отдалённых уголках развивающегося мира, как Калингаста, должны получить «социальные лицензии» от общин и других групп. Это непростая задача в такой стране, как Аргентина, которая ещё не полностью приняла металлургическую промышленность, но Макьюэн говорит, что это жизненно важно, чтобы избежать протестов и сбоев в работе.
Ещё одной серьёзной угрозой являются землетрясения, поскольку сильные толчки могут повредить шахты, что приведёт к загрязнению речных систем химикатами.
Риски присутствуют и на национальном уровне: предложенные Милеем налоговые льготы в рамках RIGI в отношении горнодобывающих компаний – часть его более обширной стратегии отказа от регулирования – были приняты после того, как недавняя похожая выгодная сделка спровоцировала протесты и закрытие огромного медного рудника в Панаме.
На данный момент большинство состоятельных инвесторов относится с глубоким уважением к политике страны. Однако они понимают, что в Аргентине располагаются отличные месторождения, но, вероятно, эта страна - не идеальное место для горнодобывающих компаний.
